![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tigra_olgaначало здесь
- Защитная реакция на стресс, плюс шок от пулевого ранения. Навыки все сохранились, если дать зубную щётку, зубы почистит, а не будет ею причёсываться, если дать ручку и попросить расписаться, напишет своё имя. Дайте ей отдохнуть, пока угроза не снимется, а потом решать будем, как воспоминания возвращать. И надо ли. – хороший такой вердикт врача психиатра.
Вставать мне пока нельзя, зато ко мне бегает забавная санитарка и докладывает всё как есть, о чём про меня и о других болтают. Это она при полицейском тихая была, а без него такая общительная.
- В соседней палате не жилец, летун, с одиннадцатого этажа упал, весь в месиво, а с виду целёхонек, но внутри каша – жить не будет, уже пахнет смертью. Тебя вона даже психу нашему показали, чудак человек, раньше-то электрошоком всех лечили да таблетками-уколами, а этот разговоры разговаривает, долго у него лежат, потом одаривают, он всех на ноги ставит, если надо, и не ставит, если не надо, но это дорого! Ты тут недолго будешь, по тебе видно, что сама уйдёшь скоро. А к тебе сегодня твой убивец рвался, но полицейского увидел и ушёл. Может ещё придёт, привести его тебе, что ли? Ты что молчишь-то? Раньше вона как матерно да по-всякому ругалась, а сейчас тихая, не зря психа к тебе вызывали.
- Вы так интересно рассказываете, мне и сказать-то нечего. Я же не помню ничего.
- А убивца своего помнишь? – хитро прищурилась санитарка.
Я улыбнулась, вспоминая его щеки в моих разводах крови и чистое личико потом. Зарёванное, но чистое и даже улыбающееся.
- Значит проведу, вона как улыбаешься, может и получится у вас что, если он парень хороший!
- А я?
- Что ты?
- Я хорошая?
- А ты, выздоравливай, давай, сама ходить начинай, врачи тромбов боятся, а ты потихоньку шевелись, а то совсем разболеешься.
- Спасибо вам!
А совсем поздно вечером она привела*убивца* .
Помогла мне сходить в туалет, а ещё раньше нашла нетканую рубашку – в реанимации все голые лежат, под простынкой.
- Тебя скоро переведут или сразу выпишут, как врачи наши решат, но ходячие в нашем отделении не лежат обычно. Вы тут пообщайтесь и тихо, а то не только бабе Зине попадёт, но и шефу нашему, уж больно он душевный человек, обижать не хочется!
- Мы тихо будем. Спасибо, баба Зина! – парень что-то протянул санитарке, но она не взяла.
- Это я для неё баба Зина, а для тебя, убивец, Зинаида Патрикеевна! Ишь чего удумал, дочке немца взятку совать. – и скрылась за дверью тихо ворча.
- Строгая какая, а пока вела сюда, улыбалась и отшучивалась. Я же не обидеть хотел, я отблагодарить. Эх…
- Убивец, а тебя как зовут? – я похлопала по краю кровати, приглашая присесть рядом.
Он выгружал на тумбочку бананы, апельсины, сок и минералку.
- Ты молчать пришёл, да?
- Не называй меня так, пожалуйста.
- А как называть, если я даже своего имени не помню? Знать знаю, а как откликаться, не помню.
- Ты лиса! Я тебя в тех листьях совсем не видел, думал, в пустые кусты стреляю… Меня Денис зовут, Ден, иногда Данька, но это домашние, кто про второе крестильное имя знают. – подошёл и осторожно присел на край рамы кровати.
- Ден, Данька, Денис… - попробовала я его имя на языке, и мне понравилось, как оно звучит.
продолжение следует
- Защитная реакция на стресс, плюс шок от пулевого ранения. Навыки все сохранились, если дать зубную щётку, зубы почистит, а не будет ею причёсываться, если дать ручку и попросить расписаться, напишет своё имя. Дайте ей отдохнуть, пока угроза не снимется, а потом решать будем, как воспоминания возвращать. И надо ли. – хороший такой вердикт врача психиатра.
Вставать мне пока нельзя, зато ко мне бегает забавная санитарка и докладывает всё как есть, о чём про меня и о других болтают. Это она при полицейском тихая была, а без него такая общительная.
- В соседней палате не жилец, летун, с одиннадцатого этажа упал, весь в месиво, а с виду целёхонек, но внутри каша – жить не будет, уже пахнет смертью. Тебя вона даже психу нашему показали, чудак человек, раньше-то электрошоком всех лечили да таблетками-уколами, а этот разговоры разговаривает, долго у него лежат, потом одаривают, он всех на ноги ставит, если надо, и не ставит, если не надо, но это дорого! Ты тут недолго будешь, по тебе видно, что сама уйдёшь скоро. А к тебе сегодня твой убивец рвался, но полицейского увидел и ушёл. Может ещё придёт, привести его тебе, что ли? Ты что молчишь-то? Раньше вона как матерно да по-всякому ругалась, а сейчас тихая, не зря психа к тебе вызывали.
- Вы так интересно рассказываете, мне и сказать-то нечего. Я же не помню ничего.
- А убивца своего помнишь? – хитро прищурилась санитарка.
Я улыбнулась, вспоминая его щеки в моих разводах крови и чистое личико потом. Зарёванное, но чистое и даже улыбающееся.
- Значит проведу, вона как улыбаешься, может и получится у вас что, если он парень хороший!
- А я?
- Что ты?
- Я хорошая?
- А ты, выздоравливай, давай, сама ходить начинай, врачи тромбов боятся, а ты потихоньку шевелись, а то совсем разболеешься.
- Спасибо вам!
А совсем поздно вечером она привела*убивца* .
Помогла мне сходить в туалет, а ещё раньше нашла нетканую рубашку – в реанимации все голые лежат, под простынкой.
- Тебя скоро переведут или сразу выпишут, как врачи наши решат, но ходячие в нашем отделении не лежат обычно. Вы тут пообщайтесь и тихо, а то не только бабе Зине попадёт, но и шефу нашему, уж больно он душевный человек, обижать не хочется!
- Мы тихо будем. Спасибо, баба Зина! – парень что-то протянул санитарке, но она не взяла.
- Это я для неё баба Зина, а для тебя, убивец, Зинаида Патрикеевна! Ишь чего удумал, дочке немца взятку совать. – и скрылась за дверью тихо ворча.
- Строгая какая, а пока вела сюда, улыбалась и отшучивалась. Я же не обидеть хотел, я отблагодарить. Эх…
- Убивец, а тебя как зовут? – я похлопала по краю кровати, приглашая присесть рядом.
Он выгружал на тумбочку бананы, апельсины, сок и минералку.
- Ты молчать пришёл, да?
- Не называй меня так, пожалуйста.
- А как называть, если я даже своего имени не помню? Знать знаю, а как откликаться, не помню.
- Ты лиса! Я тебя в тех листьях совсем не видел, думал, в пустые кусты стреляю… Меня Денис зовут, Ден, иногда Данька, но это домашние, кто про второе крестильное имя знают. – подошёл и осторожно присел на край рамы кровати.
- Ден, Данька, Денис… - попробовала я его имя на языке, и мне понравилось, как оно звучит.
продолжение следует
